И этим увлечением была психиатрия.

И этим увлечением была психиатрия.

Командовать или подчиняться? - М.Е. Литвак

Итак,
я пришел на работу в клинику, как я уже го­ворил, с неохотой. Но буквально
через неделю я по­нял, что попал туда, куда следует. Я впервые по-на­стоящему
увлекся. И этим увлечением была психиа­трия. Вот бы этим мне только и
заниматься. Так нет, мне еще хотелось стать кандидатом наук. Без особого
интереса я стал заниматься дерьмом в прямом и пере­носном смысле слова:
«Микроэлементы в физиологи­ческих жидкостях больных шизофренией в дефектном
состоянии». Интереса к теме у меня никакого не бы­ло, но было легко набрать
материал, и тогда она бы­ла диссертабельна, т. е. в то время ее легко было за­щитить.
Кроме того, взялся я за нее по предложению шефа, не изучив состояния проблемы.
Потом у меня раскрылись глаза. Вот бы и бросить, как велела мне судьба. Но
сценарий заставил дописать ее до послед­ней строчки. Год проверки у научного руководителя.
И запрет Высшей аттестационной комиссии принимать к защите диссертации на эти
темы. 1973 год. Депрессия, опускаются руки. И опять мне повезло. Судьба дала
мне отдушину. Это были занятия настольным тенни­сом. Но я не понял ее сигналов.
Отношения с руковод­ством становятся напряженными.

И
туг мне опять повезло. В 1978 году у меня случи­лось нарушение мозгового
кровообращения в системе вертебробазилярных артерий. Лежишь - чувствуешь себя
хорошо, но встать не можешь. Много думаешь. И туг мне попалась брошюра по
трансактному анали­зу. Купил я ее в 1978-м, а понял и прочел, лежа на
больничной койке. Я принял решение уйти в спортив­ную психотерапию. И тут в
моей судьбе появился че­ловек, который привел меня в большой спорт в каче­стве
психолога-консультанта. Тут-то я и заметил, что мир - это не только психиатры и
психически больные. Работая в спорте, я понял, что спортсменам нужна не АТ, а
умение избегать ненужных конфликтов. Я помог им, а затем помог и себе. Так я
стал развиваться сбо­ку. В 1980 году я наладил отношения с руководством без
лизоблюдства и получил давно желаемое повыше­ние и стал преподавателем. Так
стала зарождаться си­стема психологического дзюдо, которую потом исполь­зовал
М. Литвак для создания системы психологиче­ского айкидо. Став педагогом, я
вынужден был взять на себя все темы па психотерапии, так как преподава­тель,
читавший эти темы ранее, отказался вести эти занятия. Так совпали и требования
производства и мои желания. Это было великолепно. Ощущение счастья было столь
полным, что я забыл, что следует офор­млять диссертацию. И в 1984 году мне
опять повезло. Конкурсная комиссия единодушно рекомендовала ме­ня не избирать
на повторный срок. Я ее проклинал, а только теперь благодарю. Так я стал
оформлять канди­датскую диссертацию. Тема у меня для тех времен бы­ла
скользкая. У меня было много советчиков. Все при­ветствовали мои результаты, но
утверждали, что ра­боту следует оформлять в традиционном виде. Иначе мне ее
защитить не удастся. Но туг судьба мне пода­ла знак. Делай, как сам понимаешь.
Я перестал сове­товаться со всеми, за исключением Учителя № 2, ко­торый мне
помог оформить идеи. Когда я подал к за­щите, то один Совет ее не принял,
второй провалил, а в третьем я с блеском защитил в 1989 году. И туг мне повезло
и внешне и внутренне. Я встретил организа­тора психологической подготовки
союзного масштаба. С его помощью я вскоре стал довольно известным в
профессиональных кругах специалистом.